Автор: Алексей Лахов, генеральный менеджер Коалиции «Аутрич», специально для онлайн-журнала Filter.

В 90 годы в России, на фоне открытия границ и социальной нестабильности, стал популярен героин. Практики опасного инъекционного употребления стали причиной эпидемий гепатита С и ВИЧ. В то время интернет только набирал обороты, и наркотики продавались из рук в руки. Как бывший потребитель наркотиков, я хорошо помню, как мои друзья искали постоянного дилера в надежде получить скидку, или же помогали знакомым доставать наркотик в обмен на часть дозы. 

После 2010 года ситуация в России изменилась — стала стремительно расти популярность площадок по продаже наркотиков в даркнете. Все чаще люди получали нелегальные вещества дистанционно, но не по почте (как это происходит в Северной Америке и Европе), ведь в России вся корреспонденция тщательно проверяется. В нашем регионе популярность приобрела система “закладок”. Продавец прячет небольшие упаковки с веществами в укромных местах, а покупатель забирает — закладка может быть прикреплена магнитом к трубе в подъезде жилого дома или прикопана на клумбе или в лесу.

До 2015 года самой популярной площадкой в даркнете был RAMP. Потом появилась Hydra (Гидра). После недолгого сосуществования RAMP был закрыт, а Гидра стала доминировать на черном рынке наркотиков.  

Сегодня Гидра — главный источник нелегальных наркотических средств не только в России, но и в других постсоветских странах. Однако в некоторых странах Восточной Европы и Средней Азии есть свои площадки. Такие мессенджеры, как Telegram, VIPole и WhatsApp, также являются популярными каналами распространения наркотиков. Другими словами, купля-продажа наркотиков в регионе бывшего СССР почти полностью перешла в диджитал. 

Телеграм-канал DrugStat стал центром исследований и анализа этих рынков, в планах также запуск веб-сайта DrugStat.org. Мне удалось взять интервью у главного исследователя канала, который по понятным причинам сохраняет свою анонимность. 

Как специалист в области снижения вреда из Санкт-Петербурга, я понимаю, что для людей, употребляющих наркотики, важно иметь доступ к информации о том, что именно они употребляют. Поэтому мне было интересно узнать у специалиста о трендах российского даркнета, о самых популярных веществах, а также о том, насколько он сам оценивает собственные риски от сбора такого рода информации.  

АЛ: Какие тренды ты видишь в российском даркнете?

Исследователь канала DrugStat: Очевидно, что в России каждый год все больше и больше людей пользуются даркнетом для покупки наркотиков. Мы можем узнать об этом, просто анализируя отзывы или комментарии на Гидре.   

В 2016 году Гидра начинала как небольшая площадка по продаже “солей для ванн” и “спайсов”. Но после того как летом 2017 года закрылся RAMP, буквально за несколько месяцев Гидра начала монополизировать рынок [это видно на первой растущей кривой на графике DrugStat, представленном ниже]. С января 2018-го по январь 2020 года популярность Гидры в России выросла в 10 раз. 

“С ростом популярность Гидры в России значительно увеличилась также популярность синтетических катинонов, таких как мефедрон и альфа-ПВП”

В октябре 2019 года, на пике своего роста  — еще до кризиса на рынке гашиша и до начала эпидемии COVID-19, — каждый день на Гидре оставляли около 16 тысяч отзывов после покупки, и это только половина всех сделок!  

Интерактивный график предоставлен каналом DrugStat и доступен по ссылке

Если RAMP специализировался на натуральных веществах (таких как каннабис) и более традиционных синтетических наркотиках (таких как MDMA, кокаин и амфетамин), то Гидра всегда была сфокусирована на “солях”. Я уверен, что именно благодаря этой онлайн-площадке нашу страну захлестнула эпидемия синтетических катинонов. 

Для примера, давайте посмотрим на Москву. В 2018 году, в первый год Гидро-монополии, общий объем продаж каннабиса (в форме гашиша и растительной марихуаны, или «шишек») был в 1,5 раза больше, чем продажи мефедрона и альфа-ПВП. Первым по популярности был гашиш, потом — марихуана, на третьем месте мефедрон, а альфа была шестой по объемам продаж. В 2019 году продажи марихуаны всего в 1,02 раза превышали продажи катинонов. Мефедрон уже был на первом месте, альфа-ПВП — на четвертом. В первой половине 2020 года продажи “солей” стали в 1,16 раза выше, чем продажи марихуаны. Это стало возможным из-за кризиса на рынке гашиша [это видно на графике в период осени 2019 года].

Таким образом, два главных тренда российского даркнета — рост популярности самого даркнета и стремительный рост популярности синтетических катинонов, особенно мефедрона. 

АЛ: Можешь еще рассказать о том, какие наркотики покупают и в каких количествах?

Исследователь канала DrugStat:  Наркоситуация в России в целом отражает ситуацию на Гидре. Если, к примеру, один главный наркотик резко исчезает из всех предложений на Гидре, это значит, что то же самое происходит со всем рынком в стране. В октябре 2019 года мы выявили, что на Гидре резко пропал гашиш. У продавцов его больше не было, а цены выросли до небес. Чтобы понять, что происходит, я изучил данные, полученные на Гидре, и пообщался с несколькими инсайдерами на рынке. Оказалось, что причиной стал плохой урожай в Марокко (главный экспортер гашиша в Европу и Россию), а также несколько крупных перехватов контрабанды в Гибралтаре. А это, наряду с одномоментным изменением зон влияния на российской границе, привело к огромному дефициту на российском рынке гашиша. Все это изменило пути контрабанды и привело к росту поставок гашиша из Афганистана и распространению гашиша “ice-o-lator” [специально изготовленный гашиш, с более высоким содержанием ТГК] из Голландии. В конце 2019 года я написал об этом статью. Позднее эту информацию подтвердили Европейский центр EMCDDA [European Monitoring Centre for Drugs and Drug Addiction] и Европол в своем отчете.

“В апреле-мае 2020 на Гидре почти не продавали марихуану. Дилеры, у которых все еще был этот товар, взвинтили цены. Сейчас цены все так же высоки и уже не вернутся к прежнему уровню”

Самое интересное в этой истории — последствия этого кризиса. Во втором квартале 2019 года, когда рынок гашиша был все еще стабилен, 65% общих продаж марихуаны в российских городах-миллионниках составлял гашиш, а «шишки» — только 35%. Кризис грянул в конце 2019 года, и в первом квартале 2020 года гашиш потерял 23% рынка каннабиса. С тех пор гашиш составляет только 42% рынка, а «шишки» стали главным продуктом, и их доля составляет уже 58%. 

Рынок «шишек» был не готов к такому стремительному росту спроса и, в конце концов, тоже столкнулся с перебоями. В это же время весь наркорынок начал испытывать последствия эпидемии коронавируса, и в апреле-мае на Гидре почти не продавали марихуану. Дилеры, у которых еще был этот товар, взвинтили цены. Сейчас цены все так же высоки и уже не вернутся к прежнему уровню. Продавцы убедились, что наркопотребители в России будут покупать вещества по новым ценам, и что им не стоит терять свою прибыль. 

Что касается COVID-19, я написал большой отчет по запросу международной организации об изменениях в интернет-продажах наркотиков в странах бывшего СССР. Самые любопытные выводы в отчете касаются влияния самоизоляции на продажи. Оказалось, что введение карантинных мер, таких как закрытие школ и университетов, массовый переход на удаленную работу, закрытие бизнесов, не привело к снижению продаж через систему закладок —  наоборот, это привело к их росту. Если людям не нужно ехать на работу и учебу, то они могут провести больше времени за употреблением наркотиков. Такой была ситуация во время первого карантина в Казахстане, Украине и Молдове. 

Однако, если государство вводит полный локдаун, то продажи через закладки резко падают. Покупатели не могут выйти и забрать закладку, а закладчики не могут разместить заказ, так как на улицах много полиции. Эти факторы на некоторое время обвалили рынок. 

“Мефедрон — это скорее молодежный наркотик, альфа-ПВП более популярен в бедных регионах из-за своей низкой цены”

Со временем, люди начали подстраиваться под новые условия, и продажи медленно, но верно начали расти. После завершения локдауна все вернулось на круги своя. Так было в Казахстане, Узбекистане, Молдове, а также в Москве. Как видно на графике, продажи в Москве начали падать в апреле 2020 года, а продажи в Санкт-Петербурге почти не изменились за время пандемии. Это из-за того, что в Москве был введен режим жесткой самоизоляции, а в Санкт-Петербурге — нет. 

Поделись инсайтами — кто покупает наркотики через даркнет? Например, по регионам или демографически?

Я думаю, это делают люди всех возрастов, национальностей и гендеров. Героин и метадон покупают сравнительно возрастные наркопотребители 30, 40, 50 лет. Мефедрон более популярен среди молодых людей 20-30 лет. Альфа-ПВП более популярна в бедных регионах России (и Санкт-Петербурге) из-за низкой цены. Остальные наркотики покупают все и везде. 

Как насчет людей, продающих наркотики? 

Если мы говорим о закладчиках, то в новостях я видел, что полиция ловила как молодых людей, так и людей более старшего возраста. Если есть необходимость начать работать закладчиком нелегальных веществ, то это можно сделать в несколько кликов через интернет. Так что закладчиком по сути стать может каждый. 

“Одинокие матери, пенсионеры, школьники, студенты, все они работают на Гидре из-за нехватки денег”

Главным вопросом является мотивация этих людей. Одинокие матери, пенсионеры, школьники, студенты, все они работают на Гидре из-за нехватки денег, это общая проблема в России.

Если говорить о продавцах наркотиков, то у них мотивация чаще всего такая же. Открыть онлайн-магазин не намного сложнее, чем стать закладчиком, просто более затратно. Магазин может открыть любой, но успешность тут зависит от опыта и бизнес-подхода владельца. 

Поделись мыслями о вопросе сравнительной безопасности, который может обеспечить такой способ покупки?  

Самый критический момент для наркопотребителя — это риск задержания полицией во время или сразу после снятия закладки. Но это происходит не слишком часто. Например, в предыдущий период моей жизни я был активным потребителем наркотиков и забрал около 200-300 закладок, и я никогда не пересекался с полицией. Но иногда это все же происходит из-за проведения спецопераций, или если наркопотребители слишком беспечны. 

Если вас поймали, то все равно есть шанс уйти, заплатив взятку. Размер взятки и готовность сотрудника ее взять зависит от количества наркотика, с которым вас приняли, а также от вашей внешности. Если у вас с собой много нераспечатанных закладок, цена откупа будет значительно выше. Если у вас только одна закладка с небольшим количеством органического вещества (а хранение небольших количеств некоторых наркотических веществ в России вообще-то декриминализировано), то и взятка будет небольшой. 

“Из-за распространения системы закладок многие люди пытаются найти тайники, предназначенные для других людей”

Если говорить о вреде от употребления наркотиков, то тут проблемы достаточно типичные. Например, низкое качество импортированных синтетических наркотиков, особенно амфетамина. Были также случаи, когда закладчики прятали в тайники метадон вместо мефедрона или MDMA, и впоследствии происходили смертельные случаи и госпитализация. 

Из-за распространения системы закладок, многие люди пытаются найти тайники, предназначенные для других людей. Бывали случаи, когда находили чужие закладки с метадоном и употребляли его интраназально, думая, что это мефедрон.  

Расскажи немного о себе, почему тебя заинтересовал этот проект. Тебе грозит опасность из-за того, что ты часто посещаешь эти сайты?

В 15-16 лет я курил каннабис вместе с одноклассниками, в 16-18 употреблял другие наркотики, открыв для себя систему закладок (Гидра тогда еще не была популярной, тогда еще был RAMP). Фактически я был активным наркопотребителем. 

После 18 я стал думать о том, можно ли заработать деньги на этой деятельности. Но я не хотел из-за этого идти на большой риск, я хотел зарабатывать как можно легальней. Поэтому я придумал проект об исследовании рынка наркотиков, основанный на статистическом анализе. Так я создал телеграм-канал DrugStat. Вначале я использовал и переводил графики EMCDDA и Управления ООН по наркотикам и преступности (United Nations Office on Drugs and Crime), потом начал собирать, анализировать и визуализировать информацию самостоятельно. С момента запуска телеграм-канала DrugStat я перестал употреблять нелегальные вещества и полностью сосредоточился на работе. 

“Я бы хотел сместить фокус работы с России на те страны, где мой опыт был бы полезен и мог бы действительно изменить ситуацию к лучшему”

Согласно российским законам, сейчас моя работа является легальной. Но в нашей стране законы мало что значат. Тебе не грозит опасность, пока ты не начинаешь говорить о наркополитике или не пытаешься что-то изменить в своей стране. Я решил, что в будущем хочу сместить фокус работы с России на весь мир. А пока что, для достижения этого, я согласился с негласным правилом не обсуждать ничего, связанного с политикой. 

Но, несмотря ни на что, я принял все возможные меры предосторожности. У меня нет аккаунтов в соцсетях, я не показываю свой настоящий IP в сети, я не показываю лицо или свое имя, мои компьютер и телефон зашифрованы. Ты никогда не знаешь, так что лучше быть готовым. В ближайшем будущем, как я уже сказал, я бы хотел сместить фокус работы с России на те страны, где мой опыт был бы полезен и мог бы действительно изменить ситуацию к лучшему.

Перевод выполнен порталом TalkingDrugs.